Судан с 15 апреля 2023 года находится в водовороте, который поглощает не только его собственное будущее, но и весь регион.
Об этом «Анадолу» заявила доктор Маяда Камал Элдин с кафедры политологии и международных отношений Университета Газиосманпаша в турецком Токате.
Она напомнила, что 15 апреля исполнилось ровно три года с начала войны, развязанной в столице Судана, городе Хартум Силами быстрого реагирования (СБР) под командованием Мухаммеда Хамдана Дагало (известный как «Хамидти») при поддержке ОАЭ.
«Изначально вспыхнувшие в Хартуме столкновения со временем распространились на 11 штатов Судана. Впервые в истории Судана столица была перенесена из Хартума в Порт-Судан на побережье Красного моря, куда переместились и государственные учреждения. Из-за этой войны 14 млн человек были вынуждены покинуть свои дома внутри страны или бежать в соседние государства — Египет, Чад, Эфиопию, Южный Судан и Эритрею», - рассказала эксперт.
Конфликт, по данным ООН, не только спровоцировал крупнейший гуманитарный кризис в мире, но и превратился в колоссальную катастрофу, угрожающую самому существованию Судана как национального государства, напомнила она.
Тот факт, что нынешняя война в Судане продолжается уже более трех лет и все посреднические инициативы остаются безрезультатными, нельзя объяснить простым «отсутствием политической воли», подчеркнула Элдин на просьбу рассказать о скрытых механизмах, мешающих разрешению конфликта.
Эту неразрешенность, по ее словам, подпитывает сложная сеть финансовых, логистических и технологических механизмов, которые незаметны на поверхности, но обеспечивают продолжение войны.
Важнейшая причина заключается в том, что СБР располагает независимыми и бесконтрольными ресурсами для финансирования войны, привлекла внимание преподаватель. «Золото, являющееся крупнейшей статьей экспорта Судана, служит жизненной артерией конфликта. СБР контролируют богатые месторождения полезных ископаемых в Дарфуре и Западном Кордофане и используют эти ресурсы для проведения военных операций через компанию Al-Junaid, принадлежащую семье Дагало. ОАЭ выступают главным узловым центром этой торговли золотом: десятки тонн золота, ежегодно нелегально вывозимые из Судана, сбываются через Дубай, напрямую финансируя военную машину», - пояснила она.
Еще один скрытый механизм — превращение Судана в глобальный рынок наемников, отметила Элдин. По состоянию на 2026 год присутствие иностранных боевиков из Колумбии, Южного Судана, Чада, Центральной Африки и Эфиопии изменило характер конфликта, отметила доктор.
Особого внимания, по словам аналитика, заслуживают около 380 бывших колумбийских военнослужащих, специализирующихся в технических областях, таких как управление беспилотными летательными аппаратами (БПЛА) и эксплуатация современных артиллерийских систем. «Эта цепочка военной поддержки поддерживается через сложные логистические маршруты, созданные ОАЭ через Ливию и Чад. Доклады ООН документально подтверждают, что Абу-Даби под прикрытием гуманитарной помощи осуществляет поставки оружия и боеприпасов самолетами в аэропорт Ньялы.
Элдин привлекла внимание к изменениям в природе конфликта с момента его начала.
Доктор рассказала, что изначально конфликт начинался как институциональное разногласие по вопросу интеграции СБР в армию, но сегодня перерос в многоуровневую прокси-войну, которая разрушает социальную ткань Судана.
Хотя суданская армия вернула под свой контроль многие районы, включая Хартум, провозглашение «Хамидти» в июле 2025 года так называемого «Правительства мира и единства» в Южном Дарфуре создало риск фактического разделения страны на две отдельные административные структуры, продолжила Элдин.
Она привлекла внимание к тому, что СБР на подконтрольных ей территориях предпринимают шаги по созданию государственности, вводя собственную налоговую систему и удостоверения личности. «За этой фрагментацией стоят долгосрочные стратегические интересы ОАЭ, такие как реализация портовых проектов стоимостью 6 миллиардов долларов на побережье Красного моря и доступ к сельскохозяйственным землям», - считает эксперт.
Самое драматическое изменение заключается в том, что насилие приобрело этническую окраску, подчеркнула доцент. Она напомнила, что атаки СБР, особенно в Дарфуре, начиная с начала 2025 года стали квалифицироваться во всем мире как «геноцид», а в марте того же года правительство Судана обратилось в Международный суд ООН (МС), обвинив ОАЭ в прямом соучастии в этом геноциде путем поставок оружия СБР.
Изменился и военный характер войны: от классических боевых действий она перешла к технологической войне на истощение с использованием поставляемых ОАЭ беспилотников-камикадзе и бронетехники, нацеленной на больницы и гражданские объекты, рассказала Элдин.
Маяда Камал Элдин предполагает, что наиболее вероятным сценарием развития событий в Судане является модель «затяжного конфликта».
Однако по мере того, как армия возвращает под свой контроль такие стратегические штаты, как Хартум, Эль-Гезира и Сеннар, господство СБР отступает к западным регионам, напомнила она. «Полное исключение ОАЭ из этой роли или прекращение их поддержки является самым критическим фактором, который сам по себе способен изменить ход войны», - подчеркнула доктор.
Аналитик выделила три главных шага, которые, по ее мнению, жизненно важны для прекращения этой поддержки.
Во-первых, это эмбарго на золото и закрытие дубайского канала. «Необходимо ввести жесткие международные санкции против нелегального суданского золота, поступающего в Дубай, и заморозить активы семи основных компаний, связанных с СБР и базирующихся в ОАЭ»,- убеждена она.
Во-вторых, необходимо разорвать цепочки поставок оружия и создать под эгидой ООН специальный «механизм контроля за соблюдением эмбарго на поставки оружия» в отношении воздушных и наземных мостов, через которые оружие поступает к СБР через Чад и Ливию.
В-третьих же, это дипломатическое давление и санкции. «Необходимо, чтобы такие державы, как США, Турция, Египет и Саудовская Аравия, оказали совместное давление на ОАЭ. Ключом к решению является использование США своих баз и партнерства в сфере безопасности в ОАЭ в качестве рычага для принуждения Абу-Даби к прекращению поддержки», - пояснила она.
Говоря о последствиях кризиса в Судане для соседних стран, Элдин отметила, что за три года зафиксировано перемещение около 13,6 миллиона человек, из которых более 4,5 миллиона нашли убежище в соседних странах.
Чад, принявший 900 тыс. беженцев, из-за ограниченности собственных ресурсов находится под серьезным риском этнической напряженности, привлекла внимание преподаватель. В Южном Судане, по ее словам, падение экспорта нефти на 50% и инфляция, превышающая 200%, парализовали страну. А для Египта, который принимает более 1,5 миллиона суданцев, эта ситуация является одновременно и экономическим бременем, и стратегической угрозой из-за риска создания ««государства, контролируемого вооруженными формированиями» у южных рубежей, отметила она.
Каир выражает серьезную обеспокоенность использованием ОАЭ генерала Хафтара для поддержки СБР через Ливию и оказывает интенсивное давление с целью прекращения этой поддержки, добавила доктор.
«Пока не будут перерезаны сети по поставкам золота и вербовке наемников, подпитывающие военную экономику, восстановление Судана останется мечтой, на реализацию которой уйдут десятилетия. Решение кроется не только в Хартуме, но и в закрытии финансовых кранов в Абу-Даби и Дубае, которые финансируют эту войну», - резюмировала эксперт.
В Судане спустя 3 года конфликта почти 34 миллиона человек — или почти двое из каждых трех — нуждаются в гуманитарной помощи: это крупнейший в мире гуманитарный кризис, заявил 14 апреля Том Флетчер, заместитель генерального секретаря ООН по гуманитарным вопросам и координатор по оказанию чрезвычайно помощи.
По его словам, на фоне нехватки продовольствия голод в стране усиливается, сотни тысяч детей страдают от острой недостаточности питания, а миллионы лишены возможности получить образование.
Женщины и девочки сталкиваются с систематическим и жестоким сексуальным насилием, отметил Флетчер. По имеющимся данным, за первые три месяца этого года в результате ударов беспилотников погибло около 700 мирных жителей, отметил замглавы организации.
Миллионы людей, по его словам, были вынуждены покинуть свои дома по всему Судану и за его пределами, целые населенные пункты опустели, а семьи неоднократно вынуждены были покидать свои дома. «Риск более широкой региональной нестабильности высок», - обратил внимание Флетчер.
«В прошлом году гуманитарные организации оказали жизненно важную помощь 17 млн человек. Я отдаю должное их мужеству. В этом году мы стремимся оказать помощь 20 млн. Но эта помощь критически недофинансируется»,- отметил он.
По словам Флетчера, необходимы немедленные действия – чтобы остановить насилие, защитить мирное население, обеспечить доступ к наиболее уязвимым общинам и профинансировать ответные меры. «Эта мрачная и отрезвляющая годовщина знаменует собой еще один год, когда мир не смог выдержать испытание Суданом»,- подчеркнул заместитель генерального секретаря ООН.
news_share_descriptionsubscription_contact
