АНАЛИТИКА - Сеульский саммит: на пути к институционализации отношений Турции и Южной Кореи

Профессор Центра международных региональных исследований Университета иностранных языков Хангук в Южной Корее Киунг Джунг в статье для «Анадолу» проанализировал итоги саммита президентов Турции и Южной Кореи с точки зрения развития двусторонних отношений.

***

Саммит между президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом и президентом Южной Кореи Ли Чжэ Мёном, состоявшийся 3 ноября, придал турецко-южнокорейским отношениям более четкое направление в плоскости совместного производства, технологического сотрудничества и общих возможностей.

Дружественные отношения между двумя странами, восходящие к Корейской войне, по-прежнему не теряют своей ценности. Корейцы никогда не забывали о помощи Турции в Корейской войне; это воспоминание создает прочную основу для солидарности.

Подъем «корейской волны» в последнее время, а также увеличение числа корейских туристов, посещающих Турцию, еще больше укрепили связи между двумя странами, основанные на взаимопонимании. Однако наиболее значимый вклад в развитие этого братства может внести партнерство, способное обеспечить обеим странам совместное процветание в будущем.

Партнерство, расширяющее возможности

После визитов президента Южной Кореи Ли Джэ Мёна в Анкару в ноябре 2025 года и июле 2026 года саммит Южной Кореи предоставляет обеим сторонам возможность продвигать партнерство во многих областях. Обе страны нуждаются в надежных партнерах, поскольку геополитическая конкуренция затрудняет доступ к технологиям и цепочкам поставок. Столкнувшись с дилеммой — отказаться от союзов или застрять между правилами, — эти две страны выбрали путь стратегической самостоятельности и ощущают дефицит легитимности в существующей международной системе. Турция отстаивает принцип «мир больше пяти», тогда как Южная Корея требует большего числа избираемых, представительных и подотчетных членов Совета Безопасности ООН (СБ ООН). Более тесное сотрудничество может расширить возможности обеих сторон, не требуя от них отказа от существующих союзов или принятия одинаковой внешней политики.

На саммите промышленные цели были соединены с практическими институциональными шагами. В четырех подписанных соглашениях были рассмотрены: наука, технологии и инновации; природные ресурсы и горнодобывающая промышленность; энергетика; финансирование ядерных проектов. Лидеры также вновь подтвердили стремление развивать более сбалансированные торговые отношения, поддерживая при этом более широкое оборонное сотрудничество.

Хотя эти результаты важны, их превращение в устойчивые изменения будет зависеть от шагов, предпринятых на практике.

Наиболее значительная возможность в сотрудничестве между странами открывается в оборонной сфере. Президент Эрдоган представил гаубицу Fırtına и танк ALTAY как успешные образцовые проекты, а Ли отметил, что следующим шагом, которого следует придерживаться, должны стать совместное производство, технологическое сотрудничество и выход на рынки третьих стран. Эта повестка выходит за рамки простого увеличения взаимных закупок.

Принцип взаимности в сотрудничестве

Экономическое сотрудничество также требует того же принципа взаимности. Обновление соглашения о свободной торговле, как обсуждалось в Сеуле, должно стимулировать инвестиции и интеграцию поставщиков, а не сосредотачиваться только на базовых торговых целях. Корейские производители могли бы способствовать получению турецкими поставщиками квалификации, и можно было бы разрабатывать совместную продукцию для региональных рынков. Компоненты для электромобилей и переработка аккумуляторов открывают практические возможности для повышения добавленной стоимости Турции при одновременном укреплении устойчивости цепочек поставок Кореи.

Соглашение о науке и технологиях должно поддерживать конкурентные гранты на совместные исследования и университетско-промышленные лаборатории. Промышленный искусственный интеллект, робототехника и силовая электроника могут рассматриваться как реалистичные стартовые направления. Финансирование инженеров и более мелких инновационных фирм даст отношениям более прочную основу, чем разовые соглашения между крупными компаниями.

Сотрудничество в сфере безопасности требует не принятия одинаковой политики, а развития взаимопонимания. Сеул сталкивается с ядерной и ракетной угрозой со стороны Северной Кореи. Анкара же вынуждена управлять нестабильностью в Черноморском регионе и на Ближнем Востоке. Российско-северокорейское военное сотрудничество показывает связь между различными средами безопасности. Подтверждение Турцией поддержки политики Сеула в отношении Северной Кореи создает основу для более тесных консультаций, а Корея может воспользоваться региональными знаниями Анкары. Нераспространение ядерного оружия, обеспечение морской безопасности и снижение дипломатической напряженности предлагают возможность найти общую почву, не требуя автоматически идти по одной линии в каждом разногласии.

Продвижение этой повестки требует более частых встреч лидеров стран. Однако, хотя взаимные визиты ценны, достигнутый прогресс не должен зависеть от организации нового государственного визита. Лидеры могут обязаться проводить ежегодные консультационные встречи, используя в подходящих случаях такие площадки, как G20 или Генеральная Ассамблея ООН, и поддерживать этот процесс регулярными обзорами на министерском уровне. Короткая встреча, устраняющая финансовое или юридическое препятствие, может быть гораздо полезнее, чем новая всеобъемлющая декларация.

Корейско-Центральноазиатский саммит, впервые проведённый в сентябре в Сеуле, предлагает дополнительный путь C5+1 в вопросах диверсификации цепочек поставок. Сеул может обсудить с Казахстаном, который примет следующий саммит, и другими партнерами в Центральной Азии приглашение Турции на отдельное информационное мероприятие. На соответствующей встрече лидеров можно было бы рассмотреть вопросы транспортной взаимосвязанности, переработки критически важных минералов и промышленного сотрудничества. При сохранении существующего формата C5+1 правительства Центральной Азии могли бы активно участвовать в определении совместной повестки, а не просто обеспечивать среду для дипломатической деятельности между Южной Кореей и Турцией. Эти договоренности могут поддержать коммерчески надежные проекты вдоль Среднего коридора, проходящего через Каспийское море, объединяя инфраструктуру с таможенной координацией и устойчивыми цепочками поставок. Здесь следует предпринимать шаги, поддерживающие двустороннее сотрудничество, а не увеличивающие институциональную нагрузку.

В период приближения 70-й годовщины установления дипломатических отношений в 2027 году предстоящая задача совершенно ясна: превратить обязательства, данные в Сеуле, в конкретные проекты, установить сроки их реализации и постоянно держать эти проекты в политической повестке. Более частое проведение встреч само по себе не будет служить цели; подлинная ценность этих встреч заключается в том, чтобы сделать сотрудничество более надежным, взаимным и ориентированным на результат, а узы братства превратить в совместное процветание.

[Проф. д-р Киунг Джунг — преподаватель Центра исследований международных регионов Университета иностранных языков Хангук. Также занимает должность заместителя председателя Агентства исследовательского проекта национальных стратегий HK+.]

Мнение, изложенное в статье, принадлежит автору и может не совпадать с редакционной политикой «Анадолу».​​​​​​​