Директор Центра перспективных исследований в области безопасности, стратегии и интеграции (CASSIS) Боннского университета профессор д-р Ульрих Шли подготовил для рубрики «AA Анализ» материал о геополитическом будущем Европейского союза и незаменимой роли Турции в условиях меняющегося глобального баланса сил.

***

Переговоры, состоявшиеся в середине февраля на Мюнхенской конференции по безопасности, наглядно продемонстрировали, что смещение геополитических центров силы радикально трансформирует мировую политику. Несмотря на вступление российско-украинской войны в четвёртый год, конфликт продолжается. На Ближнем Востоке масштабные военные действия Израиля и последовавшая эскалация напряженности формируют новый баланс сил в регионе. Соединенные Штаты при администрации президента Дональда Трампа проводят курс, провоцирующий фундаментальные изменения как в отношениях с союзниками, так и с соперниками. Новый этап характеризуется таможенной политикой, подрывающей глобальную свободную торговлю, серьезным давлением на союзников по НАТО с требованием увеличить оборонные расходы и взять на себя большую ответственность, вмешательствами, ориентированными на смену режимов - как в случае с Венесуэлой, - а также шагами по сдерживанию «иранской угрозы» и укреплению позиций Израиля и Саудовской Аравии в регионе. Хотя напряженность между США и Россией в целом снизилась, остается неопределенность относительно того, как возможные договоренности по Украине повлияют на будущее НАТО и, соответственно, на отношения США и Европейского союза.

Все эти процессы имеют критическое значение для двусторонних отношений с США, для НАТО и для самого Европейского союза. Одновременно они не только переопределяют роль Турции в Восточном Средиземноморье, но и существенно трансформируют ее позицию внутри Североатлантического альянса и характер отношений с ЕС.

Стратегический тупик Европы

Реальная переоценка роли Турции возможна лишь в том случае, если Европейский союз ответит на ряд фундаментальных вопросов внутри себя. В центре этих вопросов - будущая архитектура европейской обороны и ее соотношение с НАТО. Другой ключевой темой является расширение ЕС, которое необходимо срочно рассматривать в контексте как будущей интеграции Украины после завершения конфликта, так и стремления государств Западных Балкан к вступлению. Дополнительным вопросом остается достаточность действующего Договора о Европейском союзе для ответа на новые вызовы.

Стратегическая неопределенность Европы наиболее отчетливо проявилась в предложении комиссара ЕС по обороне Андрюса Кубилюса, представленном в январе. Ссылаясь на возможное сокращение военного присутствия США в Европе, Кубилюс предложил создать постоянные европейские силы численностью 100 тысяч военнослужащих. Он справедливо задал вопрос о том, как Европа сможет защитить себя в случае вывода американских войск, однако, как и в случае с будущей институциональной архитектурой ЕС, этот вопрос пока не получил ответа со стороны государств-членов. Европе недостаточно лишь адаптироваться к новым формам ведения войны - необходимо коренное преобразование базовых структур безопасности и оборонной политики, а также выведение партнерства между ЕС и НАТО на новый, прочный уровень.

Оценки, представленные в пакете расширения от ноября 2025 года, рассматривают Турцию в одном ряду с Черногорией, Албанией, Украиной, Молдовой, Сербией, Северной Македонией, Боснией и Герцеговиной, Косово и Грузией. Уже сам этот перечень демонстрирует, насколько различны стадии подготовки к вступлению и насколько сложны индивидуальные геополитические и внутренние динамики этих стран. Доклад, по-прежнему опирающийся на решения Европейского совета 2024 года, называет возобновление переговоров по Кипру неотъемлемым элементом сотрудничества и характеризует ситуацию в сфере верховенства права как «замороженную на уровне 2018 года». Однако если ЕС действительно стремится стать полноценным геополитическим игроком в своей расширенной конфигурации, он должен признать несостоятельность подобного подхода. Если Европа намерена реализовать амбициозные цели, изложенные в документе «Стратегический компас», ей следует осознать, что времени на традиционные бюрократические процедуры больше нет.

Растущее стратегическое значение Турции

Будущее отношений между ЕС и Турцией зависит от двух ключевых факторов. С одной стороны, это способность самого Европейского союза переосмыслить свою роль, что возможно лишь через глубокие реформы и новую философию расширения. Однако сохраняющиеся разногласия между государствами-членами по основополагающим вопросам европейской политики остаются главным препятствием на этом пути. В прошлом — в 1989/90 и 2015 годах — Турция уже демонстрировала способность использовать геополитические сдвиги для укрепления своего политического веса. Сегодня ее роль в регионе стала еще более значимой, а позиции внутри НАТО - более укрепленными. Вместе с тем непредсказуемость американской политики и возможные договоренности между США и Россией за счет третьих сторон могут ослабить НАТО и трансформировать его в более гибкую структуру безопасности под руководством США, что неизбежно скажется и на весе Турции в Альянсе.

В преддверии возможных дипломатических переговоров между Россией и США по Украине стратегической необходимостью становится тесная координация действий ЕС и НАТО с Турцией. Подобное взаимодействие имеет жизненно важное значение как для сохранения трансатлантического единства, так и для формирования устойчивых и дальновидных связей между Альянсом и Союзом. В условиях дальнейшего смещения глобального баланса сил в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона лишь Европа, осуществившая реальный оборонный прорыв, сможет сохранить стратегическое равновесие. Геостратегическая роль Турции будет продолжать усиливаться, однако реализация этого потенциала в полной мере возможна только при формировании новой основы отношений между ЕС и Турцией. В этой новой конфигурации вопрос членства уже не будет единственным определяющим фактором.

[Проф. д-р Ульрих Шли - директор Центра перспективных исследований в области безопасности, стратегии и интеграции (CASSIS) Боннского университета.]

Мнения, выраженные в статье, принадлежат автору и могут не отражать редакционную политику агентства «Анадолу».