Преподаватель Института Ближнего Востока Университета Сакарьи Мустафа Джанер написал для «Анадолу Анализ» статью о том, что ждет иранскую внешнюю политику во время президентства Масуда Пезешкиана.
***
Новый президент Ирана Масуд Пезешкиан вступает на пост главы государства с большими ожиданиями. Во вторник состоится церемония приведения Пезешкиана к присяге. События, происходящие до церемонии, дают представление о начале новой эры Ирана.
Каковы ожидания от Пезешкиана?
Масуд Пезешкиан был избран с 54 процентами голосов после захватывающих выборов, призванных сбалансировать монохромный характер иранской политики на протяжении многих лет. Процесс выборов и их результаты важны для понимания ожиданий от Пезешкиана. Тех, кто проголосовал за Пезешкиана, можно разделить на тех, кто хочет перемен, и тех, кто не хочет радикальной консервативной политики. К первым относятся реформисты, умеренные, этнические и сектантские меньшинства, а ко вторым - традиционные консерваторы. Можно сказать, что у обеих групп есть общие ожидания, которые находят свое воплощение в риторике Пезешкиана.
Главные политические цели Пезешкиана - снизить напряжение в отношениях между народом и государством внутри страны и позиционировать Иран как безопасную зону в условиях расширяющихся зон войны и конфликта за рубежом. Конечно, существует такая важная кризисная область, как экономика, под сенью которой долгие годы формировалась общественно-политическая жизнь, и значительная часть работы нового президента будет сосредоточена именно на ней.
Политическое взаимодействие между правительством и другими центрами власти системы определит, оправдаются ли ожидания Пезешкиана. В новом периоде мы увидим, насколько будет выполнен призыв религиозного лидера аятоллы Али Хаменеи к вышеупомянутым акторам «работать в согласии с новым президентом». Однако дискуссии вокруг бывшего министра иностранных дел Джавада Зарифа на этапе формирования кабинета показывают, что нас ждут скорее напряженность и дискуссии, чем гармония. С другой стороны, тот факт, что выдвижение и избрание Пезешкиана - это не только шаг, ограниченный целью увеличить участие в выборах, показывает, что от правительства Пезешкиана также ожидаются определенные действия. Одним из наиболее важных из них является выход из внутриполитического тупика и прекращение отчуждения от политической системы, особенно после смерти Махсы Амини. Предполагается, что Хаменеи продолжит поддерживать Пезешкиана в этом отношении.
Как будет формироваться внешняя политика Ирана в новую эпоху?
Внешняя политика Ирана и особенно региональная политика - это сложная область. Различные субъекты имеют право голоса в этой сфере. Хотя президент является влиятельным участником процесса, окончательное решение не принадлежит ему. Другие влиятельные акторы, такие как Высший совет национальной безопасности и Меджлис, также участвуют в принятии внешнеполитических решений в Иране. Кроме того, Корпус стражей исламской революции обладает высоким потенциалом влияния на региональную политику.
В геополитических вопросах, касающихся Ирана, не следует ожидать, что смена президента окажет радикальное влияние. В некоторых случаях возможны ограниченные инициативы Верховного лидера, но шансы на радикальные преобразования представляются незначительными. Например, в вопросе ядерных санкций, которые напрямую связаны с внешней политикой и экономикой, хотя ритм шагов, которые предпримет иранская сторона, будет определять правительство Пезешкиана, Хаменеи будет определять масштаб этих шагов.
Известно, что Хаменеи не является сторонником прямых переговоров с США. С другой стороны, даже если иранская сторона будет готова к переговорам, очевидно, что американская сторона не сможет выработать стабильную и целостную политику в отношении Ирана из-за политических неурядиц в стране. Поэтому Ирану придется подождать, по крайней мере, до тех пор, пока президентский узел в США не будет развязан и новый президент не потратит минимальный период времени на то, чтобы его администрация начала полноценно функционировать.
Между тем, срок действия резолюции Совета Безопасности ООН (СБ ООН) по Совместному всеобъемлющему плану действий (JCPOA), подписанному в 2015 году, истекает в октябре 2025 года. После этой даты воскрешение ядерной сделки представляется невозможным. Международная конъюнктура не благоприятствует заключению новой ядерной сделки. Улучшение отношений между Ираном и Россией - одна из важнейших причин нежелания Запада иметь дело с Ираном. Конечно, секретные переговоры между делегациями Ирана и США ведутся постоянно. Оман принимает эти переговоры уже много лет.
Изменений в политике Зангезурского коридора и проекта «Дорога развития» не ожидается
Проект «Дорога развития» и Зангезурский коридор выделяются как два важных геополитических вопроса во внешней политике Ирана, которые также касаются Турции. На самом деле, иранское государство имеет определенную точку зрения по обоим вопросам. Очевидно, что Пезешкиан не может изменить эту точку зрения. Однако некоторые черты Пезешкиана могут служить укреплению его перформативной власти и преимуществ. Иран неоднократно подчеркивал, что рассматривает проект Зангезурского коридора, который уменьшает его вес в региональном уравнении, соединяя Нахчыван и Азербайджан, как изменение границы и что он «не допустит этого». В ответ стороны начали работать над альтернативными проектами.
Напряженность между Ираном и Азербайджаном в последние годы негативно отразилась на иранском государстве через эмоциональную реакцию связанных с ним тюркских общин по обе стороны границы. Именно в этот момент турецкая идентичность, которую Пезешкиан не стесняется подчеркивать и которой даже гордится, сыграет свою роль в устранении холодности между турками региона и иранским государством.
С другой стороны, проект «Дорога развития», который Турция пытается реализовать совместно с Ираком, способен изменить региональные балансы в экономическом, политическом, социальном и даже военном плане. Реализация таких комплексных проектов требует сильной политической воли и решимости. Иранская сторона также анализирует этот вопрос с точки зрения того, какие результаты может принести такой комплексный проект для нее самой.
Другой аспект вопроса - отношение Ирана к экономическому и политическому капиталу, который получит Ирак в результате реализации этого проекта и превращения страны в политический субъект. Здесь на повестку дня, скорее всего, встанет вопрос об опасениях Ирана «потерять Ирак». Официально Иран не выражает негативного отношения к проекту. Однако эти и подобные геополитические расчеты будут определять иранский подход к проекту «Дорога развития». На данный момент можно сказать, что влияние Пезешкиана будет слабым. Конечно, участие Ирана в проекте также возможно. Возможный сценарий заключается в том, что Иран, вместо того чтобы открыто выступать против проекта, попытается сформировать его таким образом, чтобы максимально использовать свои собственные интересы через влияние в Багдаде.
[Мустафа Джанер - преподаватель Института Ближнего Востока Университета Сакарьи].
*Мнения, выраженные в статье, принадлежат автору и не обязательно отражают редакционную политику агентства «Анадолу».
